Под Вязьмой весной 1942 года

Полковник М.М.Ефремов

В исторической и мемуарной литературе, в многочисленных публикациях в периодической печати дается справедливая и заслуженная оценка победы наших войск под Москвой. Вместе с тем, за редким исключением, в них молчаливо обходится вопрос, касающийся отдельных просчетов, упущений и опрометчивых решений при планировании и ведении конкретных операций. Это в полной мере на мой взгляд, относится и к Вяземской наступательной операции 1942 года, в которой вынужденно покончил жизнь самоубийством мой отец, командующий 33-й армией генерал-лейтенант Михаил Григорьевич Ефремов.

Известно, что та операция продолжалась для 33-й армии с 17 января по 14 апреля 1942 года, т. е. почти три месяца.

К тому времени войска Западного фронта (командующий генерал армии Г.К. Жуков) продолжали наступление. 33-я армия 17 января основными силами вела бои за Beрею и одновременно оставшимися войсками уничтожала в тылу опорные пункты противника

Наступление 33-й армии на Вязьму (25 января - 2 февраля 1942 года)

Справа 5-я армия (командующий генерал-майор арт. Л.А. Говоров) вела упорные бои за Можайск. Слева войска 43-й армии (командующий генерал-майор К.Д.Голубев) продолжали боевые действия за Кондрово. Только на правом фланге в полосе наступлений 194-й стрелковой дивизии ее сводный полк и части 4-го воздушно-десантного корпуса, встречая незначительное сопротивление отдельных групп противника, быстро продвигались на запад и к 17 января вышли в район Износки, Булатово. Они оторвались от главных сил армии на 25—35 км.

В этой обстановке в стыке 33-й и 43-й армии между Крюково и Дошино образовался слабо занятый врагом коридор шириной до 40 км. Г.К. Жуков решил выдвинуть через него соединения 33-й армии, ведущие упорные бои за Верею. В директиве от 17 января он поставил следующую задачу:

"Командарму 33.
Копия: Командармам 5, 43.

1. 5-я армия атакует Можайск и овладевает им без Вашей помощи. Движение 33-й армии на Ельню как запоздалое, отменяется.

2. 43-я армия (194 сд), не встречая особого сопротивления противника, овладела Износки, Кошвяки и наступает на Юхнов.

3. Создалась очень благоприятная обстановка для быстрого выдвижения З3-й армии в район Вязьмы в тыл вяземской группировки противника.

Приказываю:

Одновременно с ликвидацией противника в Верее главными силами армии с утра 19.01.1942 г. форсированными маршами выходить в район Дубна, Замытское, имея дальнейшей задачей, в зависимости от обстановки, удар на Вязьму или обход eе с юго-запада. Передовыми частями в район Дубна, Замытское выйти не позднее 19.01 главными силами — 20.01.1942 г.".

Кроме того, в последующем командующий Западным фронтом уточнил: "Ударную группу иметь в составе 11З-й, 338-й, 160-й, 329-й и 9-й гвардейской стрелковыми дивизий... Вам (М.Г. Ефремову — Авт.) быстрее выехать в 113-ю стрелковую дивизию, откуда управлять ударной группой."

Известно также, что когда Главные силы ударной группировки в составе тpeх дивизий вышли на подступы к Вязьме, противник, ударив под основание прорыва, 3 февраля отсек группировку от остальных сил армии и Западного фронта. Находясь в тылу пpoтивника группа М.Г. Ефремова, 1-й гв. кк (командир П. А. Белов), соединения и части 4-го вдк вместе с партизанскими отрядами более двух месяцев наносили врагу чувствительные удары истребляя его живую силу и технику.

О тех событиях написано еще мало, а главное, по некоторым воопросам неточно. Например, в своих воспоминаниях Г.К. Жуков писал: "В начале апреля обстановка в районе Вязьмы серьезно осложнилась. По просьбе генералов П.А. Белова и М.Г. Ефремова командование фронта разрешило им выводить войска на соединение с главными силами. При этом было строго указано выходить из района Вязьмы через партизанские районы, лесами, в общем направлении на Киров, где 10-й армией будет подготовлен прорыв обороны противника, так как она там была слабее.

Кавалерийский корпус генерала П.А. Белова и воздушно-десантные части в точности выполнили приказ и, совершив большой подковообразный путь, вышли на участок 10-й армии 18 июля 1942 года... Генерал-лейтенант М.Г. Ефремов, считая, что путь на Киров слишком длинен для его утомленной группы, обратился по радио непосредственно в Генштаб с просьбой разрешить ему прорваться по кратчайшему пути — через реку Угру.

Мне тут же позвонил И.В. Сталин и спросил, согласен ли я с предложением Ефремова. Я ответил категорический отказом. Но Верховный сказал, что Ефремов опытный командарм и что надо согласиться с ним. Ставка приказала организовать встречный удар силами фронта. Такой удар был подготовлен и осуществлен 43-й армией, однако действий со стороны группы генерала М.Г. Ефремова не последовало".

В 1988 году в журнале "Коммунист" была опубликована беседа с Г.К. Жуковым. В ответ на реплику одного из военных историков: "Расскажите о затухающих операциях Ефремова и Белова" — он якобы сказал: "Там, собственно говоря, и операции никакой не было. Прорвались, Ефремова отсекли, Белова отсекли. Они остались в тылу... у Белова и Ефремова не было как такового затухания, потому что не было операции. Она началась против Вязьмы и прекратилась, Белов сам по себе вышел без тяжелых средств артиллерийских, без танков; Ефремов — у него немного больше было — тоже потерял много боеприпасов. Они перешли, собственно говоря, на положение партизанских отрядов. Так что о затухании операции здесь не может быть и речи, они престо не имели возможности вести таковую".

Публиковались материалы о вяземской трагедии и в "Военно-историческом журнале". "Попытки оставшихся вне вражеского окружения оказать помощь окруженным не увенчались успехом. Командование Западного фронта тоже предпринимало меры для спасения войск Ефремова, но и они не дали желательных результатов... 5 апреля радист штаба Ефремова принял телеграмму — приказ штаба Западного фронта выходить на Большую землю. Для содействия переходу линии фронта части 43-й армии должны были нанести удар по противнику с фронта".

В "Военно-историческом журнале" № 1 за 1990 год появилась статья "Загадка гибели генерал-лейтенанта М.Г. Ефремова", в которой опубликованы тексты фашистской листовки-ультиматума к командованию ударной группы 33-й армии и радиоперехвата вещания из Хельсинки от 25 апреля 1942 года, фальсифицирующие события того времени о командарме и подчиненных ему войскам. После нее ко мне идут десятки писем от бывших воинов-ветеранов-ефремовцев с просьбой исследовать имеющиеся в архивах документы и восстановить истину. Проделав такую работу, я и хочу выразить свое мнение по ряду противоречивых положений, высказанных в предыдущих публикациях о событиях под Вязьмой зимой — весной 1942 года.

Прежде всего, попытаюсь проанализировать директиву фронта от 17 января, в которой 33-й армии поставлены две новые задачи. Первая. К 19 января ликвидировать противника в Верее. Вторая. С утра 19 января выйти в район Дубна, Замытское с дальнейшей задачей в зависимости от обстановки нанести удар на Вязьму или обойти ее с юга-запада. Вторая задача слабой 33-й армии, которая еще продолжала вести упорные бои, ставится на глубину 120—130 км.

Выполняя указания командующего фронтом, М.Г. Ефремов создает ударную группировку армии в составе 338, 113 и 160-й стрелковых дивизий, которые без отдыха и пополнения личным составом, материальными средствами с 18 декабря 1941 года ведут непрерывное наступление. Армия недостаточно оснащена лыжами и лыжными установками для артиллерии, конным транспортом в условиях снежной зимы 1941/42 года.

При постановке новых задач войскам армии командование Западного фронта не организует обеспечение флангов ударной группировки 33-й армии. Усилия соседей справа и слева нацеливаются по расходящимся направлениям: 43-й армии — на Юхнов, 5-й на Гжатск. По сути дела, ударные соединения армии бросаются в глубокий тыл противника на произвол судьбы. С воздуха они не прикрываются, подвижных средств усиления не придается. Тыл и снабжение войск не организуются, и при удалении дивизий на 1—1,5 перехода от линии фронта армия начинает резко нуждаться в продовольствии, фураже, боеприпасах и горючем.

Командование фронта заботится только о том, что приказывает войскам 33-й армии быстрее выдвигаться вперед на запад. Тaк, 26 января 222, 110, 160-й стрелковым дивизиям ставится задача за дна дня по бездорожью с боями пройти около 100 км. 93-й и 113-й стрелковым дивизиям за это же время необходимо было пройти 60—80 км. Можно ли было выполнить такие задачи в той обстановке? Нет! В действительности ни одно из соединений их не выполнило.

В то же время 30 января 1942 года шифровкой № к/92 Г.К. Жуков требует:

"Приказываю:

1. Ударной группой армии без задержек наступать в направлении Красный Холм, Соколово, куда выйти не позднее 1 февраля 1942 г.

В дальнейшем, взаимодействуя с группой Белова, овладеть Вязьмой, охватывая ее с юго-запада.

2. Фронтовой резерв — 9 гв. сд, следующую в район Кукушкино, подчиняю Вам.

3. Ударную группу иметь в составе 113, 338, 160, 329 и 9 гв. сд.

4. Силами 110, 222, 93 сд быстрым охватывающим ударом разгромить группировку противника в районе Селенки, Угрюмово, Шанский завод, после чего наступать ими через Дубна, Селенки на Вязьму.

110 сд держать на уступе в районе Дубна для обеспечения фланга.

5. Всемерно ускорить выдвижение вперед 329 и 9 гв. сд. Ударной группой не топтаться перед слабым заслоном противника. Сил Вам дано много, и только от стремительности их действий зависит конечный успех. Вам быстрее выехать в 113 сд, откуда управлять ударной группой".

Как видно из документа, и здесь соединениям 33-й армии ставится непосильная задача. В сложных условиях они должны были с боями за 1—1,5 суток преодолеть расстояние от 25 (113 и 338 сд) до 90 км (9 гв. сд). Ослабленным соединениям (110, 222 и 93 сд) надо было разгромить противника на фронте 30—35 км. В результате такого решения разрыв между вышеуказанными группировками составил 75—80 км. К тому же и на этот раз командование фронта не организует никаких мер обеспечения, чем и воспользовалась авиация противника.

Согласно приказу штаба Западного фронта от 1 февраля 1942 года 9-я гв. сд, находившаяся ранее в районе Шанского завода, начала движение к Вязьме по пробитому ударной группой коридору и к 2 февраля в составе трех стрелковых полков, 159-го легкого и 210-го гаубичного артполков находилась уже в районе деревни Замытское. Здесь ее командиру, тогда генерал-майору А.П. Белобородову, "стало ясно, что фашистские войска перешли к решительным действиям с целью "подрубить" основание прорыва ударной группы 33-й армии и окружить ее". Вот бы и обеспечить сильной (она имела численный состав даже больший - около 10000 человек, чем вся ефремовская группа) 9 гв. сд фланги ударной группировки 33-й армии и не допустить ее окружения противником. Однако из этого опасного места, со снабжавшей ефремовцев магистрали, 2 февраля она передается в состав 43-й армии, а враг получает возможность рассечь соединения 33-й армии на две частя, одну из которых — ударную — окружить.

Считаю необходимым отметить и следующее. Еще до окружения ударной группы 33-й армии М.Г. Ефремов многократно просил военный совет фронта выделить пополнение для армии, но так и не получил ничего. Например, шифротелеграмма от 30 января 1942 года:

"Начальнику штаба Западного фронта.

1. Обещанное Вами пополнение для 33-й армии до сего времени не прибыло.

2. Пополнение крайне необходимо.

3. Когда же 33-я армия получит пополнение? Прощу сообщить. Армия в боях с 18.12.1941 г. беспрерывно.

Ефремов, Шляхтин, Кондратьев".

В тот же день штаб фронта запрашивает М.Г. Ефремова, находящегося в Износках и организующего обеспечение флангов: "Кто у Вас управляет дивизиями первого эшелона?", и получает ответ:

"Дивизиями первого эшелона управляет военный совет армии. Выезд мой и опергруппы в район действий первого эшелона 29.01.1942 г. временно отложен в связи с обстановкой в районе Износки.

Ефремов. Шляхтин, Кондратьев".

Сразу же следует приказ:

"Тов. Ефремову. 30.01.1942 г.

Ваша задача под Вязьмой, а не в районе Износки. Оставьте Кондратьева в Износках. Самому выехать сейчас же вперед.

Жуков".

Итак, штаб Западного фронта запрещает Ефремову заняться флангами на таких опасных участках, как деревни Замытское, Белый Камень, сам же не принимает мер для помощи, а когда "господин случай" посылает на слабое в обороне место 9 гв. сд, убирают ее оттуда. Что это — безграмотность или халатность?

Совершенно непонятно, почему многие запросы военного совета 33-й армии остались без ответа, Например, такие, как:

"Тов. Жукову, Хохлову.

10.03.1942 г. Находясь под Вязьмой по Вашему приказу, я тыл никак не мог прикрыть, что Вы прекрасно понимаете; состав дивизий Вам был до выхода под Вязьму известен, известна и растяжка коммуникаций 33-й армии.

Поймите, мы каждые сутки ведем бой вот уже полтора месяца почти без боеприпасов н уничтожили несколько тысяч немцев. Сами имеем три тысячи раненых. Воюем...

Спешите дать боеприпасы, нет у нас боеприпасов.

Ефремов".

"Тов. Жукову, Хохлову.

25.03.1942 г.

1. Если бы Вами был дан нашей группе в ближайшие дни десант вооруженного пополнения, мы, безусловно, не только очистим коммуникации, но могли бы в первых числах апреля уже наступать на Вязьму.

2. Вся обстановка: наша, 43-й армии, Белова, Жабо, ВДК изменится. Будем бить врага, здорово бить!

3. В настоящее время группа обессилена, увеличивается смертность и заболеваемость от истощения людей.

4. Нам нужно усилить себя, пока еще не поздно.

5. Появление у врага танков, без наличия их у нас, дезорганизует нашу оборону, несмотря на храбрость наших людей. Танки противника прорывают нашу оборону с пехотой при большом количестве у них огневых средств.

6. Прошу пополнение группы десантом как можно скорее.

7. У войск уже промокают валенки. Нужна кожаная обувь.

Ефремов, Владимиров, Самсонов".

Хочется остановиться еще на одном документе, подписанном Г.К. Жуковым, но не посланном М.Г. Ефремову. " ...Как показало следствие, никто, кроме командующего 33-й армией, не виновен в том, что его коммуникации противник перехватил. Жуков". Итак, главком Жуков обвиняет Ефремова в том, в чем не виноват командарм-33. Об этом он ничего не знает, не может прокомментировать, высказать свое мнение.

Необходимо отдельно остановиться на выходе ударной группировки 33-й армии из окружения. Если о ее героических боях в окружении написано мало, то о выходе из него и того меньше, а главное, на мой взгляд, в искаженном виде.

Никаких документов, подтверждающих приказ о выходе окруженной группировки через Киров, не обнаружено. Видимо, их и вовсе не было. Ведь командование Западного фронта знало о тяжелом положении ударной группировки, нехватке боеприпасов, продовольствия и других материальных средств, а также о наличии у нее сотен раненых и больных. Выводить ефремовцев в полосу 10-й армии по тылам врага на расстояние свыше 100 км было, видимо, нецелесообразно. Поэтому командарм и предполагал выход в полосу 43-й и восточной группировки 33-й армии, т. е. кратчайшим путем. Их разделяло в то время около 30 км.

Это, а также время принятия решения на выход ударной группировки из окружения подтверждаются следующими документами:

"СООБРАЖЕНИЯ ПО ВЫПОЛНЕНИЮ ДИРЕКТИВЫ СТАВКИ № 01542 от 16.2.42 г.

Основные задачи Западного и Калининского фронтов:

1. Разгром ржевско-вяземской-юхновской группировки противника с выходом к 5 марта на рубеж Оленино, Олецкое, Булашово, р. Днепр, до г. Дорогобужа, Усвятье, Ельня и далее р. Десна до Сновот...

Выполненне задач

1 этап — до проведения обшей операции по уничтожению ржевско-вяземско-юхновской группировки провести частые операции.

1) Разбить противника в районе Оленино силами 22, 30 и 39-й армий Калининского фронта. 22-я армия усиливается из района Нелидово 155, 158, 362 и 380-й стрелковыми дивизиями. Привлекается авиация Калининского фронта.

Срок проведения операции с 22.2 по 26.3.

2) Разгром юхновской группировки противника силами 43, 49 и 50-й армий Западного фронта и двух авиадесантных бригад. Привлекается вся авиации Западного фронта.

Срок проведения операции с 22.2 по 28.2.

II этап — выполнение основных задач.

1) Окружение и уничтожение ржевско-вяземской группировки противника силами 22, 30, 39 и 31-й армий и 11-го кавкорпуса Калининского фронта и 20, 5, 33, 43, 50-й армий и группы Белова Западного фронта. Привлекается вся авиация Калининского в Западного фронтов.

Ввод и закрепление на рубеже Оленино, Олецкое, Булашово частью сил 22-й и 39-й армий и на рубеже Булашово, р. Днепр, Дорогобуж, р. Десна до Ядров — силами 50 (часть сил), 49, 10-й армий.

Срок проведения операции с 25.2 до 5.3.

31, 20, 5-я армии проводят операцию с 18.2.

Для более успешного проведения операции ржевско-вяземскую группу противника расчленить на две части — ржевско-сычевскую с уничтожением ее силами 22,30,39,31,30 и 5-й армий и вяземскую с уничтожением ее силами 33, 43, 50-й армий и группами Белова и Соколова... Жуков, Соколовский № 002. 17.2.1942 г."

Вся дальнейшая деятельность командования Западного фронта (оно же и главнокомaндование Западного направлення) направлена на выполнение вышеприведенного решения. Об это и свидетельствуют доклады военного совета фронта Верховному Главнокомандующему за 28 февраля, 5, 12, 22, 23, 25, 27 марта.

Только 23 марта в указаниях командующего Западным фронтом просматриваются более решительные меры по освобожденью окруженной группировки.

"ЕФРЕМОВУ, БЕЛОВУ, ЖАБО

Копия ТОВАРИЩУ СТАЛИНУ

... 2. По приказу Ставки фронтом принимаются решительные меры к очищению от противника тыловых путей группы Ефремова, Корнева, Белова и 4 вдк. Действия начнутся 25.3.

3. До соединения 43-Й армии с группой Ефремова и 50-й армии с Беловым, Ефремову необходимо организовать оборонительные действия так, чтобы ни в коем случае не допустить сдачи занимаемой территории н не допустить сужения района действий группы. Для ускорения очистки тылов (от противника) т. Ефремову выделить часть сил группы в помощь 160 сд, которой поставить задачу захватить Абрамово и наступать в направлении Долженки, навстречу 43-й армии. Наступление начать с утра 25.3.

4. Тов. Белову за счет отряда Жабо н выделения одного кавполка, усиленного артиллерией и минометами, сформировать отряд под командованием заместителя командира 2 гв. кд для оказания помощи Ефремову. К исходу 24.3 отряд сосредоточить в районе западнее Знаменка, откуда в зависимости от обстановки нанести удар в общем направления на Сизово, где соединиться с Ефремовым.

5. Ефремову иметь в виду, что в течение 24—27.3 авиация фронта будет наносить удар по противнику в пунктах Борисенки, Родня, Беляево, Щелоки, Лядное...

Жуков Соколовский Хохлов

Исх. № 3416

23.3.1942 г.".

Этот не учитывавший действительной обстановки, состояния войск и их обеспеченности приказ выполнен не был. Впервые командующий фронтом только директивой от 31 марта целеустремленно направляет усилия теперь уже 43-й и 49-й армий на деблокаду окруженной группы Ефремова:

"1. Ввиду полной безрезультативности атак в центре армии атаку прекратить.

2. 217, 238 сд и 34 сбр перегруппировать на участок Павлово, Русиново и силами трех стрелковых дивизий, одной стрелковой бригады уничтожить противника в районе Русяново, Павлово, Стененки, после чего этой ударной группой развивать наступление в направлении Слободка, Добрая, взаимодействуя с 43-й армией, которая своей левофланговой ударной группировкой наносит удар в направления Шумихина".

Эти хорошие, но слишком запоздалые мероприятия также не обеспечили вывод из окружения соединений 33-й армии.

12 апреля командующий Западным фронтом отдает последнюю невыполненную директиву по обеспечению выхода группы Ефремова.

"1. Ввиду невыполнения 43-й и 49-й армиями поставленных задач по очищению от противника тыловых путей 33-й армии и соединения с группой Ефремова, в связи с отходом 113 н 338 сд группы Ефремова из района Тякино, Стуколово, Вяловка на восточный берег р. Угра создается угроза изолированного поражения группы Ефремова.

2. В целях недопущения разгрома группы Ефремова

ПРИКАЗЫВАЮ:

а) командарму 43 т. Голубеву — в течение 12-го и в ночь на 13 апреля выйти главными силами армии на рубеж Мал. Виселево, Жары и, закрепившись на этом рубеже, в течение 14 апреля захватить Бол. Виселево, Нов. Михайловка;

б) командарму 49 т. Захаркину — в течение 12-го и в ночь на 13 апреля захватить высоту 180,5, Стененки и, закрепившись на этом рубеже, 14 апреля захватить Мосеенки, Дегнянка, Тибейково;

в) командарму 33-й армии т. Ефремову — в ночь с 12-го на 13 апреля скрытно прорваться через завесу противника и нанести удар в направлении Родня, Мал. Буславка, Нов. Михайловка, Мосеенки, где и соединиться с частями 43-й н 49-й армии".

Эта директива, как и все прочие, была явно невыполнима, и никто из указанных соединений ее не выполнял.

С вечера 13 апреля всякая связь с Ефремовым теряется. Части группы разрозненными отрядами с 14 апреля начали пробиваться на восток. Как единое целое ударная группировка генерал-лейтенанта М.Г. Ефремова прекратила существование.

Чуть ранее, 9 апреля, с территории, занятой окруженными соединениями и частями 33-й армии, улетал на Большую землю последний самолет, а 17 или 18 апреля, отстреливаясь от наседавших фашистов, несколько раз раненный до этого, М.Г. Ефремов покончил жизнь самоубийством. Так оборвалась жизнь моего отца, который предпочел смерть немецкому плену. Он выполнил свой воинский долг до конца.

Оккупанты подобрали бездыханное тело командарма и похоронили его у полуразрушенной церкви деревни Слободка. В 1953 году по решению Советского правительства прах генерал-лейтенанта М.Г. Ефремова был перенесен в Вязьму, где на центральной площади, носящей его имя, установлен в 1946 году памятник воинам-ефремовцам.

Источник: "Военно-исторический журнал"

Эта страница принадлежит сайту "РККА"