Вандея в Черноземье

Павел Аптекарь

После того, как большевики захватили власть (или, вернее, она упала к их ногам) они столкнулись с проблемой управления огромной страной, подавляющее большинство населения которой составляли крестьяне. К этому они были просто не готовы, поскольку согласно марксистским постулатам крестьянство было в значительной степени реакционным классом. Еще откровеннее высказался Лев Троцкий: "Крестьянство составляет исторический навоз, из которого произрастает рабочий класс." И если сначала ради сохранения власти большевики пошли на передачу земли крестьянам вопреки своей аграрной программе, то с нарастанием продовольственного кризиса "мелкий хозяйчик", не желавший сдавать хлеб государству по бросовым "твердым" ценам, стал для большевиков врагом хуже Корнилова и Дутова, с которым надлежало вести жестокую борьбу. Быстрее всего продовольственную диктатуру ощутили на своей шкуре крестьяне Центрально-Черноземного района, столкнувшиеся с невероятным произволом и грабежами направленных в деревню для выкачивания хлеба продовольственных отрядов. Поэтому ни о каком союзе рабочего класса с крестьянством в Черноземье в период гражданской войны не может идти речи. Деревня дважды - осенью 1918 года во время вторжения Донской армии Петра Краснова и Вооруженных сил Юга России Антона Деникина летом и осенью 1919 года, опасаясь возвращения старых хозяев земли, заключала временное перемирие с Советской властью, после окончания которого крестьянский фронт гражданской войны вновь возникал в тылу Красной Армии.

Тамбовское восстание и его жесточайшее подавление стоит отдельной строкой в трагической истории российского крестьянства уже ушедшего ХХ века. О нем сказано не просто много, а очень много, даже в самые дремучие советские годы говорилось о "кулацко-эсеровском мятеже". В последние годы вышло несколько очень приличных работ. Тем не менее, рискну попробовать осветить некоторые проблемы и с помощью документов уточнить некоторые частные вопросы.

Во-первых, Тамбовская Вандея началась отнюдь не в конце августа 1920 года. Губерния покрывалась антибольшевистскими восстаниями с исключительной частотой.

Первые выступления против безвозмездного изъятия продуктов были отмечены еще в начале 1918 года, но летом они стали массовыми. В июне-августе 1918 года 12 вооруженных выступлений против действий продотрядов и мобилизации произошли в уездах Тамбовской губернии. Первые из них, направленные против мобилизации, начались в Борисоглебском, Усманском, Кирсановском и Тамбовском уездах, затем в Кирсанове, Козлове и Тамбове вспыхнули мятежи мобилизованных, вызванные, в основном, плохой организацией призыва. В них участвовали от 2 до 7 тысяч человек. В ходе Тамбовского восстания, в котором участвовали более 5 тысяч человек, в губернском центре на один день была свергнута Советская власть. Отметим, что в ходе них крестьяне равнодушно отнеслись к попыткам антибольшевистских политических партий организовать серьезное восстание. Расхитив оружие и уничтожив списки подлежащих призыву, они вернулись в свои дома.[1] Вооруженные выступления против хлебной монополии в июле-августе вспыхивали в Кирсановском, Козловском и Моршанском уездах, против мобилизации - в Усманском и Лебедянском. В Борисоглебском, Тамбовском и Шацком уездах крестьяне протестовали также против комбедов, в Борисоглебском были выдвинуты лозунги поддержки Учредительного собрания. В них участвовали от 3 до 7 тысяч человек.[2]

Новая серия восстаний, вспыхнувших накануне первой годовщины перехода власти к большевикам, была связана как с массовой мобилизацией, так и с работой эсеров из числа местных учителей и агрономов, которые имели боевой опыт первой мировой войны и одновременно являлись политическими и военными руководителями восстаний. Восстания в Тамбовской губернии охватили 7 из 12 ее уездов. 6 ноября одно из них началось в Моршанском и Кирсановском уездах, где повстанцам, выступавшим под лозунгами поддержки Учредительного собрания (что указывает на участие эсеров в его подготовке) и отмены хлебной монополии, удалось прервать железнодорожное сообщение и нанести поражение высланным на их подавление продотрядам и войскам Обжелдор. Отсутствие координации между отдельными отрядами позволило командованию фронта сначала восстановить железнодорожное движение, а затем, перебросив армейские части, подавить его к 15 ноября. В Шацком уезде крестьяне выдвинули редко встречавшийся лозунг "Долой Советскую власть!" и на несколько дней захватили уездный центр. Его ликвидация потребовала переброски подкреплений из Ряжска, Рязани и Тамбова.[3]

В начале ноября в Борисоглебске вспыхнуло выступление мобилизованных, которые разогнали местный Совет и военный комиссариат и выдвинули требование прекратить мобилизацию и изъятие продовольствия. Однако восставшие не предпринимали активных действий. Часть их разошлась по домам, а оставшиеся были разгромлены прибывшими по железной дороге из Поворино и Грязей подкреплениями и бронепоездом.[4] В декабре вооруженные выступления вновь охватили большую часть Тамбовской губернии. В них приняли участие в общей сложности несколько десятков тысяч человек.[5]

Массовая мобилизация в конце весны и в начале лета 1919 года вызвала новую волну крестьянского протеста, прокатившуюся по всему Центру России. Это был уже не бессознательное возмущение против произвола продотрядов и комбедов, а ярко выраженная социальная оппозиция крестьянства разверстке и гражданской войне.

Одним из крупнейших в период гражданской войны стало восстание, начавшееся 21 мая в районе ст.Токаревка Тамбовской губернии. Крестьяне, укрывавшиеся от мобилизации, уничтожили отряд ВОХР, но прибывшие подкрепления при поддержке бронепоездов заставили их рассеяться и уйти в Новохоперский уезд Воронежской губернии. В последнем 25 мая в ряде волостей под лозунгом "Долой коммунистов, да здравствуют большевики!" началось выступление, которое возглавили бывший офицер Шароваров и учитель Россихин. Руководителям этого движения удалось создать регулярные формирования, разоружившие несколько продотрядов и подразделений ВОХР, посланных для поимки дезертиров. Подавление восстания в Новохоперском уезде не увенчались успехом, несмотря на направление в этот район 17-го полка ВЧК, усиленного бронемашинами и артиллерией. Движение распространилось на Балашовский уезд Саратовской губернии и Кирсановский уезд Тамбовской губернии. Отрядам войск ВОХР и ВЧК удалось к 24 июня очистить для движения железную дорогу на участке Ртищево-Балашов, но 25 июня один из них потерпел серьезное поражение в Новохоперском уезде, оставив на поле боя броневик, два орудия и 4 пулемета, после чего повстанцы вновь двинулись в Балашовский уезд. В результате действий повстанцев, которые, возможно, координировались со штабом Донской армии, тыл 9-й армии был дезорганизован и белые без труда овладели 5 июля Балашовом.[6] Впоследствии повстанцы составили бригаду в одной из дивизий Донской армии, но при ее отходе разошлись по домам. Локальное выступление против мобилизации в Красную Армию, произошло в конце мая в Усманском уезде Тамбовской губернии.[7] Ряд выступлений произошел в черноземных губерниях в июне. В Воронежской губернии вооруженные выступления против мобилизации происходили в Павловском уезде (в нем участвовали около 7 тыс. человек) и в районе ст.Давыдовка. Локальные выступления против чрезмерно тяжелой гужевой и подводной повинности и мобилизации, подавлявшиеся войсками 8-й армии, возникали в Бобровском, Богучарском, Бирючском, Валуйском, Воронежском, Калачевском, Задонском и Землянском уездах.

Тогда же восстания против мобилизации (в них приняли участие более 20 тыс. человек) начались в Тамбовском и Кирсановском уездах, причем первые попытки их подавления были неудачными. 7 июля Тамбов был объявлен на военном положении. Восстание, основными лозунгами которого были отмена разверстки, прекращение войны и мобилизаций, распространилось на Козловский и Моршанский уезды, угрожало штабу Южного фронта. Командованию Орловского сектора ВОХР и фронта для его подавления пришлось выделить значительные силы. Крестьяне оказали карателям упорное сопротивление и прекратили его только в конце июля после того, как получили гарантии того, что на них будет распространена амнистия, объявленная Декретом ВЦИК от 3 июня.[8]

Локальные выступления против мобилизации произошли в июле в Курском, Путивльском, Суджанском и Фатежском уездах, в районе станций Мармыжи и Касторная в Курской губернии. В Белгородском, Старооскольском и Корочанском уездах той же губернии они приняли более массовый характер, в них участвовали от 5 до 8 тысяч человек, причем восставшие создали органы самоуправления.[9]

В период отхода войск 13-й армии на курском направлении и августовского контрнаступления в ее тылу вспыхнули 5 вооруженных выступлений (из них 2 крупных с числом участников до 7 тыс. человек), возможно, скоординированных с действиями ВСЮР. Они происходили в Курском, Обоянском, Щигровском и Старооскольском уездах, которые вскоре были заняты Добровольческой армией. Основной их причиной было чрезмерные для крестьян гужевая и повозочная повинности по перевозке войск и эвакуации армейского имущества в период полевых работ. Локальные выступления против мобилизации произошли также в Елецком, Трубчевском и Ливненском уездах Орловской губернии.[10]

Вооруженные выступления в Центрально-Черноземном районе в осенне-зимний период 1919/1920 годов не были частыми (12, из них 4 крупных), однако они были значительны по охвату территории и количеству участников . 6 были направлены действий продотрядов и сотрудников Наркомпрода, по два - против продовольственной политики советского государства, два - против мобилизации одно - против антирелигиозной политики, одно имело несколько лозунгов.

В сентябре-октябре 1919 года выступления антиразверсточного характера произошли в Елецком и Дмитриевском уездах Орловской губернии. В ходе первого, переросшего в восстание, крестьяне (около 15 тыс.), выдвинув лозунги, разоружили продотряды и отразили первые попытки подразделений Елецкого укрепрайона подавить восстание. Оно распространилось на Задонский уезд и было ликвидировано выдвигавшимися на передовые позиции войсками Южного фронта, в ходе ликвидации выступления было расстреляно 150 человек.[11]

В октябре 1919 года активную деятельность против Советской власти в Тамбовской губернии развернул А.С.Антонов. Созданная им вооруженная группа, пользуясь поддержкой крестьян и большей части сельской интеллигенции, стремительно перемещалась из уезда в уезд, уничтожая ссыпные пункты, раздавая зерно крестьянам. Повстанцы уничтожили также представителей местных органов государственной власти и карательных органов, проявивших наибольшую жестокость при сборе разверстки и подавлении крестьянских выступлений. Среди убитых был бывший председатель Тамбовского губисполкома Чичканов, заведующий губернским контролем Клоков и несколько сотрудников ЧК. Попытки подразделений ВОХР окружить и ликвидировать отряд остались безуспешными. С наступлением зимы Антонов распустил большую часть отряда, а с оставшимися сторонниками укрылся в заранее подготовленном лагере у с.Рамза.[12]

В ноябре вооруженные выступления против взимания разверстки и реквизиций продовольствия войсками произошли в Новохоперском и Воронежском уездах. Они ограничилось пределами нескольких волостей и были быстро подавлены войсками 8-й армии.[13]

22 декабря 1919 года в Новохоперском уезде произошло еще одно восстание против разверстки. Ввиду серьезности создавшегося положения командование ВОХР обратилось за помощью к командованию Юго-Восточного фронта, которое выделило для подавления выступления бригаду кавдивизии 9-й армии, ликвидировавшую его к 6 января.[14]

В начале 1920 года наиболее крупным было начавшееся 27 февраля восстание против разверстки в Павловском уезде Воронежской губернии. Части Орловского сектора ВОХР оказались не в состоянии противостоять повстанцам и движение распространилось на Алексеевский, Богучарский, Валуйский, Калачевский и Острогожский уезды. Командование Кавказского фронта вынуждено было выделить для подавления этого выступления две бригады 24 сд, которые выполнили задание лишь к 19 марта.[15]

Довольно значительным было и начавшееся 20 марта выступление в Борисоглебском уезде Тамбовской губернии, быстро распространившееся на Новохоперский уезд Воронежской губернии. Повстанцы выдвинули лозунг прекращения разверстки и, особенно, обязательных поставок молока и мяса. Для ликвидации выступления была использована Поворинская группа войск ВОХР в составе пяти стрелковых батальонов, двух эскадронов и двух батарей, при поддержке бронепоездов выполнившая задачу к 5 апреля.[16]

В апреле 1920 года вооруженные выступления против разверстки и методов ее взимания произошли в нескольких волостях Валуйского уезда Воронежской губернии, Борисоглебском и Шацком уездах. В ходе первого крестьяне отказались вывозить зерно на ссыпные пункты и выдвинули лозунг "Бей коммунистов!" Наиболее упорное сопротивление было оказано в Шацком уезде, где в восстании приняло участие около 7 тыс. человек. Подразделения ВОХР, посланные на подавление не сумели выполнить свою задачу и сумели ликвидировать его только после прибытия войск Орловского ВО к 19 апреля.[17]

В летне-осенний период 1920 года в Центрально-Черноземном районе произошло 25 выступлений. Подавляющее их большинство (20) было направлено против разверстки и методов ее взимания, 2 - против антирелигиозной политики местных органов власти. 2 имели смешанные лозунги и одно - антимобилизационные.

В начале мая произошло вооруженное выступление в Рамзинской волости Тамбовского уезда, где крестьяне разгромили продотряд и волостной Совет. Однако по настоянию руководства Союза трудового крестьянства восставшие быстро прекратили сопротивление к 8 мая при появлении первых отрядов ВОХР, посчитавших это своей победой. Вооруженные выступления против взимания разверстки произошли в мае - июне в Лебедянском, Козловском, Темниковском и Кирсановском уездах (дважды) Тамбовской губернии. Их быстро подавили части ВОХР. Другое выступление в Темниковском уезде началось вследствие закрытия монастырей. В ходе его подавления было убито и арестовано несколько сот человек, погибло также несколько красноармейцев войск ВОХР.[18]

Три локальных выступления против методов взимания разверстки, охвативших 2-3 волости, произошли в мае - июне 1920 года в Епифанском уезде Тульской губернии. Еще два выступления той же направленности произошли в Елецком уезде и в Валуйском уезде Воронежской губернии. Все они были быстро ликвидированы войсками ВОХР.[19]

В июле 7 вооруженных выступлений произошли в Воронежской губернии. Большинство их - в Новохоперском, Землянском, Острогожском, Нижнедевицком и Задонском уездах были локальными и охватывали не более трех-пяти волостей. Их причиной были чрезмерная разверстка и методы ее взимания. В ходе еще одного выступления в Павловском уезде крестьяне протестовали против ареста священника. Более серьезным было другое выступление в том же уезде, в ходе него восставшие требовали прекращения мобилизации, в котором приняли участие около 6 тыс. человек. Два вооруженных выступления против разверстки произошли в июле в Ряжском уезде. Если одно из них было подавлено быстро, то второе охватило более значительную территорию, в нем приняли участие около 4 тыс. человек. Повстанцы угрожали уездному центру и железнодорожному узлу. Его подавили в начале августа после переброски значительных сил войск ВОХР.[20]

Наиболее ярким выражением недовольства крестьянства политикой "военного коммунизма" стало начавшееся 26 августа в селе Каменка Кирсановского уезда одно из крупнейших крестьянских восстаний в европейской России в 1918-1922 годах - восстание в Тамбовской губернии. Главной его причиной была непосильная из-за двухлетнего неурожая, усугубленного боевыми действиями против конницы генерала К.К.Мамонтова в августе 1919 года, разверстка. Согласно ей в губернии планировалось собрать 11 миллионов пудов зерна.[21] Первоначально это было исключительно крестьянское выступление против разверстки, вспыхнувшее вопреки указаниям местных организаций ПСР и СТК, которые позднее возглавили движение, придав ему политические лозунги. Чрезмерность разверстки отмечали даже представители советского государства: видный партийный публицист А.К.Воронский, писавший что "мужики поднялись с дрекольем из-за голода" и комиссия РВТР под руководством П.А.Камерона, в докладе которой говорилось: "продовольственная кампания в Тамбовской губернии в 1919-1920 гг. не носила нормального характера."[22] Несмотря на начавшееся восстание, власти продолжали заготовительные кампании: 25 августа началась "масличная неделя", в конце сентября дополнительная ссыпка зерна в рамках "недели помощи фронту", в ноябре - "красный продовольственный месяц".[23]

Первоначально крестьяне Кирсановского, Тамбовского и Козловского уездов ограничивались налетами на ссыпные пункты и местные органы власти. Губернскому военкому П.И.Шикунову казалось, что выступление удастся ликвидировать жестокими репрессиями: сжиганием "бандитских" селений, конфискацией всего имущества и скота. В сентябре 1920 года эта участь постигла села Кензарь, Периксы, Новосельское и другие населенные пункты.[24] Похожей тактики придерживались и его преемники на посту командующего "группой войск по борьбе с бандитизмом в Тамбовской губернии" Ю.Ю.Аплок и К.В.Редзько. Войска ВНУС нанесли несколько поражений плохо вооруженным отрядам повстанцев, но не могли ликвидировать движения, поскольку население поддерживало восставших. В случае поражения или сосредоточения крупных сил противника они скрывались в лесах или населенных пунктах. Это вводило в заблуждение советское командование, дважды в сентябре-октябре доносившее о ликвидации "бандитизма".[25]

Однако к ноябрю 1920 года восстание распространилось на новые территории. К этому моменту оно уже не было стихийным. Им руководил созданный местным отделением ПСР Союз Трудового Крестьянства. В этот период он обнародовал программу, содержавшую требования отстранения большевиков от власти, созыва Учредительного собрания, гарантий гражданских свобод, разгосударствления экономики за исключением тяжелой промышленности, создания условий для улучшения положения крестьянского хозяйства, а также восстановления нормальных отношений с зарубежными странами.[26] Фактически большевики, вводя НЭП, вольно или невольно использовали многие ее положения. СТК развернул агитацию против политики советского государства среди жителей губернии и личного состава дислоцированных в ней воинских частей. К концу 1920 года восстание распространилось на 6 уездов губернии.

В декабре была организована Партизанская армия Тамбовского Края, включавшая в свой состав 20 полков, сведенных в дивизии и отдельные бригады, численность которых составляла 8-11 тысяч человек, а с учетом местных отрядов самообороны достигала 50-60 тысяч. Сначала ее возглавлял П.М.Токмаков, а после его гибели 5 марта 1921 года - сам Антонов. В ходе боевых действий против частей ВНУС и Красной Армии последние, часто формировавшиеся из местных уроженцев, неоднократно переходили на сторону повстанцев с оружием или сдавались без боя. Несмотря на жестокие репрессивные меры командования войск Тамбовской губернии и местных органов власти борьба с повстанцами была неэффективной. Для выяснения причин длительной неудачной борьбы с крестьянским восстанием в Тамбов были направлены комиссия Революционного Военного Трибунала Республики под руководством П.А.Камерона и командующий Орловским ВО Я.А.Скудре. Последний охарактеризовал ситуацию в губернии как критическую, а части ВНУС, ведущие борьбу с повстанцами, как деморализованные и разложившиеся. Для исправления положения Скудре считал необходимым сменить командование, прекратить бессмысленные репрессии ("злоупотребление красным петухом, ставшее системой") и перебросить войска, имевшие боевой опыт и соблюдавшие дисциплину.[27]

4 января в Тамбов прибыл новый командующий группой войск А.В.Павлов, а войска пополнились 15 кавдивизией, несколькими полками 6 стрелковой дивизии, двумя бронеотрядами, бронепоездами и авиацией. В отличие от предыдущих командующих, Павлов пытался бороться с мародерством и поборами с населения, но, конечно, не мог контролировать все подразделения, находившиеся в губернии.

7-8 февраля 1921 года войска Тамбовской губернии, сосредоточив силы, значительно превосходившие повстанцев, особенно в боевой технике и обеспеченности боеприпасами, начали наступление по сходящимся направлениям из районов Балашов-Новохоперск и Тамбов-Кирсанов. Повстанцы понесли ряд серьезных поражений. К 18 февраля их основные отряды рассеялись под ударами превосходящих сил Красной Армии, которым, тем не менее, не удалось уничтожить противника, ушедшего в леса Моршанского уезда.[28]

В конце февраля - начале марта повстанцы осуществили ряд налетов на отдельные гарнизоны Красной Армии и войск ВНУС. Самым крупным успехом был захват отрядом Селянского ст.Отхожая и находившихся там 4 орудий. [29]

После этого отдельные части Партизанской армии объединились и совершили поход в Пензенскую губернию с целью расширения территории, охваченной антибольшевистским движением. Однако руководители восстания переоценили солидарность крестьян соседней губернии. Повстанцы из Тамбовской губернии были для них "чужими", помогать которым опасались из-за боязни репрессий после их ухода со стороны карательных органов советского государства. Неудачным был и замысел похода в трех расходящихся направлениях, из-за чего отдельные части не могли оказать друг другу помощь в ходе боев с превосходящими силами неприятеля. В период с 6 по 17 марта повстанцы потерпели несколько серьезных поражений, потеряли почти все орудия и пулеметы, значительную часть личного состава регулярных частей Партизанской армии. Они были вынуждены возвращаться небольшими группами, избегая столкновений, в Моршанский уезд, а затем - в район Рамзенских озер, недоступный в период половодья для проникновения крупных сил. А.В.Павлов планировал блокировать район озер до того, как повстанцы сумеют просочиться сквозь боевые порядки и вновь создать угрозу существования Советской власти в губернии, но недостаток обуви вынудил его приостановить 22-23 марта активные операции, чем и воспользовались повстанцы.[30]

Несмотря на попытки местных органов власти и военного командования разрядить ситуацию в губернии после объявления новой экономической политики оповещением деревни путем собраний и разбрасывания листовок с аэропланов, сопротивление крестьян продолжалось, поскольку они уже не доверяли государству и считали любое его нововведение очередной уловкой, направленной на их дальнейшее разорение. Как обман жители деревни восприняли и то, что несмотря на декларативную отмену разверстки, после которой, по их мнению, должны были прекратиться действия продотрядов и насильственное изъятие всех видов продуктов, ее сбор в губернии продолжался. Снята была только разверстка на зерно, кроме того, продолжалось и довольствие за счет крестьян частей Красной Армии и ВНУС, занятых подавлением восстания. Партизанская армия продолжала борьбу, пользуясь по-прежнему поддержкой населения, стремившегося добиться действительного смягчения политики государства.

Весной был отмечен типичный для повстанческого движения рост активности. 11 апреля повстанцы совершили налет на ст.Рассказово, где находились значительные силы войск ВЧК и Красной Армии. Гарнизон был застигнут врасплох. Восставшие захватили значительное количество вооружения, боеприпасов и пленных, подавляющее большинство которых вскоре отпустили.[31]

Вскоре после этого А.В.Павлов был отстранен от должности командующего, тем более, что он нередко конфликтовал с Председателем Полномочной Комиссии ВЦИК по борьбе с бандитизмом В.А.Антоновым-Овсеенко из-за чрезмерно мягких, по мнению последнего, действий войск и излишней разборчивости командующего в средствах борьбы с повстанцами. Вероятно, что не последнюю роль в смещении Павлова сыграло то, что его преемник М.Н.Тухачевский незадолго до этого жестоко подавил Кронштадтское восстание.

Вскоре после смены командования в начале мая в губернию были переброшены 10 сд, две стрелковые и две кавалерийские бригады, создан лагерь, где проходили боевую стажировку курсанты военных школ ряда округов. Общая численность "армии по борьбе с бандитизмом" достигла к 15 мая 56 тысяч человек, на ее вооружении состояли около 800 пулеметов, более 100 орудий, 21 бронемашина, 12 бронепоездов и 18 аэропланов,[32] что свидетельствовало о том, что Советская власть не отказывалась от применения вооруженной силы для подавления крестьянских выступлений. В мае 1921 года в губернии была установлена "оккупационная система", при осуществлении которой десятки тысяч членов семей повстанцев были взяты в заложники и содержались в концентрационных лагерях на Тамбовщине, а затем были отправлены на север.[33]

Одновременно на территории губернии развернулись широкомасштабные боевые действия, в ходе которых главные силы повстанцев были разгромлены во второй половине июня и начале июля подвижными группами Уборевича и Какурина под Сердобском и станицей Урюпинской в Донской области. В боевых действиях этого период активное участие приняли аэропланы, которые доставляли информацию о движении главных сил повстанцев, вели бомбометание и штурмовые налеты.[34] Нельзя не сказать о весьма малопочтенном эпизоде из истории Красной Армии: командующий группой войск Михаил Тухачевский настаивал на применении отравляющих веществ, для чего в губернию были направлены как газовые баллоны с хлором, так и химические снаряды. Последние были использованы в ходе боевых действий артдивизионами стрелковой бригады Заволжского ВО и 14 отдельной кавбригады и батареей Белгородских арткурсов.[35]

После поражения главных сил повстанцев запуганное массовым террором население уже не оказывало им прежней поддержки и Партизанская армия не смогла даже частично восстановить свои силы после понесенных поражений. В сентябре были, в основном, ликвидированы мелкие группы повстанцев, но страх местных органов власти перед новыми выступлениями был настолько велик, что штаб войск Тамбовской губернии был расформирован лишь в декабре 1921 года, а на ее территории были оставлены на постоянное расквартирование стрелковая и кавалерийская дивизии и стрелковая бригада.[36]

Серьезную опасность для Советской власти представляли и вооруженные выступления в Воронежской губернии. 5 ноября 1920 года одно из них началось в Павловском уезде под руководством И.С.Колесникова. Восставшие овладели ст. Старая Калитва, где разоружили караульный батальон. Вскоре они заняли ст.Евстратовка и выступление распространилось на всю территорию Павловского и Богучарского уездов. Красноармейцы частей 2-й особой армии, присланных на его подавление, нередко переходили на сторону повстанцев. Восстание затруднило сообщение по железной дороге, связывавшей Северный Кавказ с центром страны. Продовольственные маршруты и другие поезда могли передвигаться только днем под прикрытием сильной охраны.[37] Положение изменилось только после того, как в район восстания были переброшены завершившие боевые действия в Крыму стрелковые и кавалерийские части Южного фронта, которые при поддержке бронепоездов нанесли повстанцам поражение в бою 26 декабря, после чего их отдельные группы рассеялись по Павловскому, Богучарскому и Бобровскому уездам. Военные и партийные работники отмечали исключительное упорство, проявленное повстанцами в боевых действиях, участие в них женщин и подростков, пытавшихся вместе с главами семейств защитить свои хозяйства от разорения.[38]

В начале второй декады декабря вооруженное выступление произошло в Новохоперском уезде, где крестьяне выдвинули антиразверсточные лозунги. Первые попытки подавить его силами войск ВНУС потерпели неудачу. Только после прибытия особого полка 2-й конной армии сопротивление восставших было сломлено к 23 декабря. В начале января 1921 года в уезде вспыхнуло еще одно вооруженное выступление. Восставшие крестьяне выступили против разверстки и организации посевных комитетов, потребовали вывода продотрядов из уезда. Они заняли несколько волостных центров, сахарный завод в с.Эртиль, где разобрали его продукцию, поскольку вопреки обещаниям местные органы власти не компенсировали сахаром и патокой их поставки свеклы и дров на завод. Это выступление было ликвидировано прибывшими по просьбе местных органов власти войсками Тамбовской губернии 12 января. 17 января в уезде началось новое вооруженное выступление, на этот раз в населенных пунктах, расположенных по р.Токай. На этот раз войска, дислоцированные в Воронежской губернии, ликвидировали его собственными силами.[39]

В начале февраля вновь активизировалось повстанческое движение в южных уездах Воронежской губернии. Первые бои повстанцев, вновь объединившихся под командованием И.С.Колесникова с частями войск ВНУС, сформированными из местных уроженцев, показали полную небоеспособность последних. 9 февраля повстанцы захватили Россошь, которую оставили на следующий день при приближении значительных сил конницы и бронепоездов.[40] В связи с создавшимся положением в губернию были переброшены 10 стрелковая дивизия, кавалерийские полки 6 и 56-й стрелковых дивизий. Из последних была создана подвижная группа, которой поставили задачу разгромить повстанцев. Боевые действия в феврале-марте шли с переменным успехом. Несколько раз Колесников уходил от преследования в Тамбовскую губернию, но, не желая подчиниться руководству Антонова, возвращался обратно. Однажды ему удалось нанести серьезное поражение летучему отряду и он разговаривал со ст.Отрожка (ныне часть Воронежа) с начальником 10 сд Ф.П.Кауфельдтом об возможных условиях сдачи.[41]

Напряженное положение сохранялось в весенне-летний период в Центрально-Черноземном районе. Помимо продолжавшегося восстания в Тамбовской губернии, боевые операции против повстанцев велись в Воронежской губернии, где по-прежнему действовал возвратившийся с Тамбовщины отряд И.С.Колесникова. Он неоднократно уходил от преследования в Донскую область, но 12 мая его настигла в районе Коротояка подвижная группа в составе трех кавалерийских полков, стрелкового батальона и батареи. Колесников погиб в бою, оставшиеся повстанцы рассеялись по Острогожскому и Богучарскому уездам.[42]

Около 10 локальных вооруженных выступлений произошло в мае-июне 1921 года в Бобровском, Новохоперском и Павловском уездах. Они были ликвидированы частями 10 сд. Летом 1921 года вооруженные выступления в Центрально-Черноземном районе вызывались действиями органов Наркомпрода и милиции при сборе разверстки за прошлые годы.[43]

Однако это были лишь арьергардные бои крестьянского фронта гражданской войны. На мой взгляд, нельзя говорить о полном поражении крестьян в их противоборстве с советским государством: им удалось отстоять свое существование как класса независимых мелких производителей, добиться отмены наиболее неприемлемых сторон политики "военного коммунизма" и перехода к привычному, существовавшему еще до столыпинской реформы порядку хозяйствования.

Но, в свою очередь коммунисты не простили крестьянам того страха, который они пережили в 1919 и 1921 году и при удобном случае нанесли деревне уничтожающий удар - в 1929-1930 годах, когда коллективизация окончательно лишила крестьянство Черноземья способности к сопротивлению.



Примечания:

1 В.В.Канищев, Ю.В.Мещеряков. Анатомия одного мятежа. Тамбовское восстание 17-19 июня 1918 года. Тамбов, 1995, с.44,67. (Назад)
2 А.Я.Переверзев. Социалистическая революция в деревне Черноземного центра России. (Октябрь 1917-1918) Воронеж, 1976, с.60; Н.В.Фатуева. Противостояние: кризис власти - трагедия народа. Рязань, 1996, с.70-71. (Назад)
3 Т.В.Осипова. Крестьянский фронт гражданской войны, с.111-113; Н.В.Фатуева. Ук.соч., с.83-85. (Назад)
4 РГВА. Ф.100. Оп.3. Д.369, л.212-213. (Назад)
5 С.В.Федоров. Крестьянство Тамбовской губернии в годы гражданской войны. (1918-1921 гг.). Автореферат диссертации на соискание степени кандидата исторических наук. М.,2000, с.18-19. (Назад)
6 РГВА. Ф.6. Оп.12. Д.62, л.118,177. (Назад)
7 Советская деревня... с.135-136. (Назад)
8 РГВА. Ф.6. Оп.12. Д.15, л.8; Ф.25887. Оп.1. Д.183, л.44,47,52,64,74,80. (Назад)
9 Советская деревня... с.145,154; РГВА. Ф.33987. Оп.2. Д.65, л.210. (Назад)
10 РГВА. Ф.6. Оп.12. Д.62, л.17-19,26. (Назад)
11 Советская деревня... с.207,213-214; РГВА. Ф.42. Оп.1. Д.916, л.91. (Назад)
12 В.В.Самошкин. Александр Степанович Антонов. // Вопросы истории. 1994. №2, с.38. (Назад)
13 Советская деревня... с.218, 238-239; РГВА. Ф.42. Оп.1. Д.918, л.52. (Назад)
14 РГВА. Ф.6. Оп.12. Д.68, л.1-2. (Назад)
15 РГВА. Ф.6. Оп.12. Д.100, л. не указан; Ф.25887. Оп.1. Д.203, л.13. (Назад)
16 Внутренние войска... с.469. (Назад)
17 Советская деревня... с.270; РГВА. Ф.25887. Оп.1. Д.216, л.28; Ф.42. Оп.1. Д.926, л.17-19,29. (Назад)
18 Советская деревня...с.270; РГАСПИ. Ф.5. Оп.1. Д.2618, л.9,10; РГВА. Ф.42. Оп.1. Д.928, л.17-21; Ф.34228. Оп.1, Д.157, л.120. (Назад)
19 РГАСПИ. Ф.5. Оп.1. Д.2618, л.11,12; РГВА. Ф.42. Оп.1. Д.925, л.110,120,157. (Назад)
20 Советская деревня...с.299,301; РГВА. Ф.42. Оп.1. Д.925, л.160,168; Ф.25887. Оп.1. Д.216, л.33-35,38 (Назад)
21 РГВА. Ф.6. Оп.4. Д.491, л.7. (Назад)
22 РГВА. Ф.7. Оп.2. Д.483, л.7-8. (Назад)
23 А.Л.Аврех. Политико-массовые кампании в Тамбовской губернии в 1920 г. // Гражданская война и социалистическое строительство в Черноземном центре. Тамбов, 1976, с.9-11,13-15; РГАСПИ. Ф.5. Оп.1. Д.958, л.1; РГВА. Ф.7. Оп.2. Д.483, л.8. (Назад)
24 РГВА. Ф.235. Оп.2. Д.56, л.6,8. (Назад)
25 Там же. Д.11, л.16,36; Ф.6. Оп.4. Д.491, л.9,37. (Назад)
26 РГВА. Ф.235. Оп.1. Д.29, л.19. (Назад)
27 РГВА. Ф.7. Оп.2. Д.483, л.5. (Назад)
28 Там же. Д.403, л. не указан (Назад)
29 РГВА. Ф.5. Оп.1. Д.171, л.30. (Назад)
30 РГВА. Ф.25887. Оп.1. Д.411, л.129. (Назад)
31 Там же, л.187. (Назад)
32 РГВА.Ф.235. Оп.2. Д.258 л.279. (Назад)
33 Там же. Оп.5. Д.133, л.70. (Назад)
34 РГВА. Ф.32002. Оп.1. Д.4, Л. не указан. (Назад)
35 Ф.235. Оп.3. Д.37, л.7; Д.42, л.1,15,46. (Назад)
36 РГВА.Ф.25887. Оп.1. Д.392, л.152. (Назад)
37 РГВА. Ф.6. Оп.12. Д.133, Л.67,78. (Назад)
38 РГВА Ф.6. Оп.12. Д.133, л.90,93; РГАСПИ. Ф.17. Оп.84. Д.187, л.1-3. (Назад)
39 РГВА. Ф.25887. Оп.1. Д.513, Л.35,44-45; Д.514, л.16. (Назад)
40 Там же. Д.511, л.24 с об. (Назад)
41 Там же, л.55. (Назад)
42 РГВА. Ф.25887. Оп.1. Д.398, Л.34. (Назад)
43 Там же, л.62,64,89. (Назад)

Эта страница принадлежит сайту "РККА"